Я много рассказываю о своих славных предках. Есть статья о том, как учились крестьянские девочки до революции, есть цикл статей о жестоком уничтожении большевиками крестьянских семей, которые владели хоть каким-то имуществом. Есть ещё статьи, менее объёмные. В планах статья о том, как высокая жизнеспособность передавалась от поколения к поколению. А сейчас хочу рассказать, как работали социальные лифты во времена наших славных предков.
70 лет большевизма и 35 лет пост-большевизма (необольшевизма) нам рассказывали и рассказывают миф о том, что в Российской Империи социалтных лифтов не было. Ну типа каст в Индии: родился брахманом – будешь бразманом. Родился крестьянином – будешь крестьянином. Родился неприкасаемым – будешь неприкасаемым всю жизнь. И дети твои, и внуки, и пра-пра-пра-правнуки будут неприкасаемыми.
На самом деле это обыкновенная русофобская ложь. Социальные лифты вполне работали, но для этого нужно было поднапрячься. И тому можно найти не просто кучу примеров, а выявить вполне конкретную тенденцию.
Вот пример, как сын крестьян стал главным ювелиром царского двора. Михаил Перхин. Родился в 1860 году в семье крестьян. В 1878 году в возрасте 18 лет уехал в Санкт-Петербург в обучение к ювелиру. Крестьянин – к ювелиру, да-да, ты не ошибся, это не описка. Нас уже больше 100 лет убеждают, что все крестьяне были забитыми, неграмотными чушками даже в начале 20 века, а тут выясняется, что ещё за 29 лет до переворота провинциальный крестьянский сын мог поехать учеником к столичному ювелиру. Это, конечно, означает, что он получил на родне некое начальное образование – то есть доказывает, что такая возможность у крестьян была. Уего наставником был не кто-то, а один из ведущих столичных ювелиров Владимир Финников, конкурент знаменитых Фаберже. Через 6 лет официально, через Ремесленную управу, официально становится подмастерьем-ювелиром, женится на дочери своего учителя. В 26 лет становится мастером и получает право на личное ювелирное клеймо. Карл Фаберже приглашает его к себе на работу. В 28 лет открывает собственную ювелирную мастерскую (под лейблом Фаберже, но с собственным клеймом), после чего становится главным мастером-ювелиром ювелирного дома Фаберже. Делает ряд знаменитых драгоценных яиц для императоров. Ну а дальше у него всё хорошо, он на верхушке. После смерти в 43 года он оставил наследство размером (на нынешние деньги) около 8 млн. долларов, не считая недвижимости.
Вот так сыновья крестьян могли и делали карьеру. И таких историй немало, достаточно хоты бы чуть-чуть углубиться в тему. Даже не считая всем известных примеров Морозовых, Шорыгиных и т.д. Это не удивительно: вопреки ещё одному мифу, третье сословие активно получало образование ещё в 19 веке. Например, доля учеников гимназий из "низших" сословий в 1880 году составляла 38%, а в 1898 году выросла до 43%. На 1 января 1914 года в мужских гимназиях было 20% детей крестьян, 27% детей мещан и рабочих, 10% детей почётных граждан и купцов, 6% детей духовенства и 32% детей дворян и чиновников. Напомню, что статус чиновника не означает богатства или власти. Всякие коллежские регистраторы и даже титулярные советники (вспомним Акакия Акакиевича из «Шинели» Гоголя) не были ни богачами, ни властителями. Так что из этих 32% львиную долю составляли дети хоть и чиновников, но небогатых или даже бедных. Таким образом, больше половины учеников гимназии были не из дворян и не из купцов.
С женщинами ещё интереснее: численность девочек-гимназисток было аж в 1 раза больше, чем мальчиков (да-да!!!), из них 24% были из крестьян, 35% из мещан и рабочих и только 22% из дворян и чиновников. Про которых мы тоже говорили и указывали на необходимость дифференциации тайных советников и коллежских регистраторов. То есть можно сказать, что женские гимназии на 2/3 были заполнены девочками из небогатых семей. В Казани к 1917 году крестьянские дети составляли почти треть гимназистов.
Оно и неудивительно: уже в самом начале 20 века 96% земли принадлежало крестьянам, а своей землёй владели чуть менее половины крестьянских семей. Представьте, что сейчас полвоина российских семей владеют собственным бизнесом. Трудно представить? А это реалии начала 20 века. У крестьян были деньги, они могли оплатить учёбу детей и дать им возможность сделать карьеру. Ну или вернуться домой, но уже не безграмотным лаптем, а агрономом.
Ещё менее удивительным это становится, если указать, что за последние 20 лет Российской Империи было построено и открыто порядка 60-65 тысяч школ, то есть их количество удвоилось (до 125 тыс.). 125 тысяч школ – это почти в 2 раза больше, чем общее количество школ в РФ сейчас (38 тыс). В год в начале 1910-х годов строили и открывали 3 тысячи школ.
Уже к 1923 году количество школ сократилось до 87 тысяч, а дореволюционного уровня достигли только после 1928 года, аж через 10 лет после переворота.
Так что успешный социальный лифт среди наших славных предков – это не единичное исключение типа Ломоносова. Скорее, закономерная история успеха многих и многих молодых людей тех лет.